1935



НАДГРОБИЕ







 -  "Иду на несколько минут..."

В работе (хаосом зовут

Бездельники) оставив стол,

Отставив стул - куда ушел?



Опрашиваю весь Париж.

Ведь в сказках лишь да в красках лишь

Возносятся на небеса!

Твоя душа - куда ушла?



В шкафу - двустворчатом, как храм,

Гляди: все книги по местам.

В строке - все буквы налицо.

Твое лицо - куда ушло?



Твое лицо,

Твое тепло,

Твое плечо  - 

Куда ушло?



3 января 1935









Напрасно глазом - как гвоздем,

Пронизываю чернозем:

В сознании - верней гвоздя:

Здесь нет тебя - и нет тебя.



Напрасно в ока оборот

Обшариваю небосвод:

 -  Дождь! дождевой воды бадья.

Там нет тебя - и нет тебя.



Нет, никоторое из двух:

Кость слишком - кость, дух слишком - дух.

Где - ты? где - тот? где - сам? где - весь?

Там - слишком там, здесь - слишком здесь.



Не подменю тебя песком

И паром. Взявшего - родством

За труп и призрак не отдам.

Здесь - слишком здесь, там - слишком там.



Не ты - не ты - не ты - не ты.

Что бы ни пели нам попы,

Что смерть есть жизнь и жизнь есть смерть,

Бог - слишком Бог, червь - слишком червь.



На труп и призрак - неделим!

Не отдадим тебя за дым

Кадил,

Цветы

Могил.



И если где-нибудь ты есть - 

Так - в нас. И лучшая вам честь,

Ушедшие - презреть раскол:

Совсем ушел. Со всем - ушел.



5-7 января 1935









За то, что некогда, юн и смел,

Не дал мне заживо сгнить меж тел

Бездушных, замертво пасть меж стен

Не дам тебе - умереть совсем!



За то, что за руку, свеж и чист,

На волю вывел, весенний лист - 

Вязанками приносил мне в дом!  - 

Не дам тебе - порасти быльем!



За то, что первых моих седин

Сыновней гордостью встретил - чин,

Ребячьей радостью встретил - страх, -

Не дам тебе - поседеть в сердцах!



7-8 января 1935









Удар, заглушенный годами забвенья,

Годами незнанья.

Удар, доходящий - как женское пенье,

Как конское ржанье,



Как страстное пенье сквозь косное зданье

Удар - доходящий.

Удар, заглушенный забвенья, незнанья

Беззвучною чащей.



Грех памяти нашей - безгласой, безгубой,

Безмясой, безносой!

Всех дней друг без друга, ночей друг без друга

Землею наносной



Удар - заглушенный, замшенный - как тиной.

Так плющ сердцевину

Съедает и жизнь обращает в руину...

 -  Как нож сквозь перину!



...Оконною ватой, набившейся в уши,

И той, заоконной:

Снегами - годами - пудами бездушья

Удар - заглушенный...



А что если вдруг



А что если вдруг

А что если - вспомню?



Начало января 1935



<5>



Оползающая глыба - 

Из последних сил спасибо

 -  Рвущееся - умолчу - 

Дуба юному плечу.



Издыхающая рыба,

Из последних сил спасибо

Близящемуся - прости!  - 

Силящемуся спасти

Валу первому прилива.



Иссыхающая нива - 

Божескому, нелюдску.

Бури чудному персту.



Как добры - в час без спасенья

Силы первые - к последним!

Пока рот не пересох - 

Спаси - боги! Спаси - Бог!



Лето 1928



* * *



Уж если кораллы на шее  - 

Нагрузка, так что же - страна?

Тишаю, дичаю, волчею,

Как мне все - равны, всем - равна.



И если в сердечной пустыне,

Пустынной до краю очей,

Чего-нибудь жалко - так сына,  - 

Волчонка - еще поволчей!



9 января 1935



* * *



Жизни с краю,

Середкою брезгуя,

Провожаю

Дорогу железную.



Века с краю

В запретные зоны

Провожаю

Кверх лбом - авионы.



Почему же,

О люди в полете!

Я - "отстала",

А вы - отстаете,



Остаетесь.

Крылом - с ног сбивая,

Вы несетесь,

А опережаю - 



Я?



Февраль 1935



[

* * *



Никому не отмстила и не отмщу - 

Одному не простила и не прощу

С дня как очи раскрыла - по гроб дубов

Ничего не спустила - и видит Бог

Не спущу до великого спуска век...

 -  Но достоин ли человек?...

 -  Нет. Впустую дерусь: ни с кем.

Одному не простила: всем.



26 января 1935



* * *



Черные стены

С подножием пены

Это - Святая Елена.



Май 1935



]



* * *



Небо - синей знамени!

Пальмы - пучки пламени!

Море - полней вымени!

Но своего имени



Не сопрягу с брегом сим.

Лира - завет бедности:

Горы - редей темени.

Море - седей времени.



Июль 1935





* * *



Окно раскрыло створки - 

Как руки. Но скрестив

Свои - взирает с форта:

На мыс - отвес - залив



Глядит - с такою силой,

Так вглубь, так сверх всего

Что море сохранило

Навек глаза его.



26-27 июля 1935





ОТЦАМ







В мире, ревущем:

 -  Слава грядущим!

Что во мне шепчет:

 -  Слава прошедшим!





Вам, проходящим,

В счет не идущим,

Чад не родящим,

Мне - предыдущим.



С клавишем, с кистью ль

Спорили, с дестью ль

Писчею - чисто

Прожили, с честью.



Белые - краше

Снега сокровищ!  - 

Волосы - вашей

Совести - повесть.



14-15 сентября 1935









Поколенью с сиренью

И с Пасхой в Кремле,

Мой привет поколенью

По колено в земле,



А сединами - в звездах!

Вам, слышней камыша,

 -  Чуть зазыблется воздух - 

Говорящим: ду - ша!



Только душу и спасшим

Из фамильных богатств,

Современникам старшим - 

Вам, без равенств и братств,



Руку веры и дружбы,

Как кавказец - кувшин

С виноградным! - врагу же  - 

Две - протягивавшим!



Не Сиреной - сиренью

Заключенное в грот,

Поколенье - с пареньем!

С тяготением -  от



Земли, над землей, прочь от

И червя и зерна!

Поколенье - без почвы,

Но с такою-до дна,



Днища - узренной бездной,

Что из впалых орбит

Ликом девы любезной  - 

Как живая глядит.



Поколенье, где краше

Был - кто жарче страдал!

Поколенье! Я - ваша!

Продолженье зеркал.



Ваша - сутью и статью.

И почтеньем к уму,

И презрением к платью

Плоти - временному!



Вы - ребенку, поэтом

Обреченному быть,

Кроме звонкой монеты

Всё - внушившие - чтить:



Кроме бога Ваала!

Всех богов - всех времен - и племен.

Поколенью - с провалом - 

Мой бессмертный поклон!



Вам, в одном небывалом

Умудрившимся - быть,

Вам, средь шумного бала

Так умевшим - любить!



До последнего часа

Обращенным к звезде - 

Уходящая раса,

Спасибо тебе!



16 сентября 1935



* * *



Ударило в виноградник - 

Такое сквозь мглу седу  - 

Что каждый кусток, как всадник,

Копьем пригвожден к седлу.



Из туч с золотым обрезом  - 

Такое - на краснозем,

Что весь световым железом

Пронизан - пробит - пронзен.



Светила и преисполни

Дитя: виноград! смарагд!

Твой каждый листок - Господня

Величия - транспарант.



Хвалы виноградным соком

Исполнясь, как царь Давид - 

Пред Солнца Масонским Оком - 

Куст служит: боготворит.



20-22 сентября 1935



* * *



           "Двух станов не боец, а только гость случайный..



Двух станов не боец, а - если гость случайный - 

То гость - как в глотке кость, гость - 

                          как в подметке гвоздь.

Была мне голова дана - по ней стучали

В два молота: одних - корысть и прочих - злость.



Вы с этой головы - к создателеву чуду

Терпение мое, рабочее, прибавь  - 

Вы с этой головы - что требовали? - Блуда!

Дивяся на ответ упорный: обезглавь.



Вы с этой головы, уравненной - как гряды

Гор, вписанной в вершин божественный чертеж,

Вы с этой головы - что требовали? - Ряда.

Дивяся на ответ (безмолвный): обезножь!



Вы с этой головы, настроенной - как лира:

На самый высший лад: лирический...

                             -  Нет, спой!

Два строя: Домострой - (и Днепрострой - на выбор!)

Дивяся на ответ безумный: - Лиры - строй.



И с этой головы, с лба - серого гранита,

Вы требовали: нас - люби! тех - ненавидь!

Не все ли ей равно - с какого боку битой,

С какого профиля души - глушимой быть?



Бывают времена, когда голов - не надо.

Но слово низводить до свеклы кормовой  - 

Честнее с головой Орфеевой - менады!

Иродиада с Иоанна головой!



Ты царь: живи один... (Но у царей - наложниц

Минуты.) Бог -  один. Тот - в пустоте небес.

Двух станов не боец: судья - истец - заложник - 

Дух - противубоец! Дух - противубоец.



25 октября 1935



ЧИТАТЕЛИ ГАЗЕТ



Ползет подземный змей,

Ползет, везет людей.

И каждый - со своей

Газетой (со своей

Экземой!) Жвачный тик,

Газетный костоед.

Жеватели мастик,

Читатели газет.



Кто - чтец? Старик? Атлет?

Солдат? - Ни черт, ни лиц,

Ни лет. Скелет - раз нет

Лица: газетный лист!

Которым - весь Париж

С лба до пупа одет.

Брось, девушка!

Родишь  - 

Читателя газет.



Кача - "живет с сестрой"  - 

ются - "убил отца!" - 

Качаются - тщетой

Накачиваются.



Что для таких господ - 

Закат или рассвет?

Глотатели пустот,

Читатели газет!



Газет - читай: клевет,

Газет - читай: растрат.

Что ни столбец - навет,

Что ни абзац - отврат...



О, с чем на Страшный суд

Предстанете: на свет!

Хвататели минут,

Читатели газет!



 -  Пошел! Пропал! Исчез!

Стар материнский страх.

Мать! Гуттенбергов пресс

Страшней, чем Шварцев прах!



Уж лучше на погост,  - 

Чем в гнойный лазарет

Чесателей корост,

Читателей газет!



Кто наших сыновей

Гноит во цвете лет?

Смесители кровей,

Писатели газет!



Вот, други, - и куда

Сильней, чем в сих строках!

Что думаю, когда

С рукописью в руках



Стою перед лицом

 -  Пустее места - нет!  - 

Так значит -  нелицом

Редактора газет-



ной нечисти.



Ване, 1 -15 ноября 1935



ДЕРЕВЬЯ



            Мятущийся куст над обрывом

            Смятение уст под наплывом

            Чувств...



Кварталом хорошего тона - 

Деревья с пугливым наклоном

(Клонились - не так - над обрывом!)

Пугливым, а может - брезгливым?



Мечтателя - перед богатым  - 

Наклоном. А может - отвратом

От улицы: всех и всего там - 

Курчавых голов отворотом?



От девушек - сплошь без стыда,

От юношей - то ж - и без лба:

Чем меньше - тем выше заносят!

Безлобых, а завтра - безносых.



От тресков, зовущихся: речь,

От лака голов, ваты плеч,

От отроков - листьев новых

Не видящих из-за листовок,



Разрываемых на разрыв.

Так и лисы в лесах родных,

В похотливый комок смесяся,  - 

Так и лисы не рвали мяса!



От гвалта, от мертвых лис - 

На лисах (о смертный рис

На лицах!), от свалки потной

Деревья бросаются в окна - 



Как братья-поэты - в реку!

Глядите, как собственных веток

Атлетикою - о железо

Все руки себе порезав  - 

Деревья, как взломщики, лезут!



И выше! За крышу! За тучу!

Глядите - как собственных сучьев

Хроматикой - почек и птичек - 

Деревья, как смертники, кличут!



(Был дуб. Под его листвой

Король восседал...)

                -  Святой

Людовик - чего глядишь?

Погиб - твой город Париж!



27 ноября 1935